Весенняя лихорадка

http://www.nuitsdivresseprintaniere-lefilm.com/

Нанкин, 2007 год. Весна. Природа постепенно пробуждается от спячки, веет пьянящий весенний ветер, полный жизни, и вместе с нарастающей энергией природы в сердцах трех человек, едущих к побережью, растет любовь и сексуальное влечение. Эти три человека — Цзян Чэн, его друг Луо Хайтао и прекрасная молодая женщина Сяосюе — становятся жертвами возбуждающей болезни чувств — опасного заболевания, которое сбивает душу с правильного пути… Прекрасное, пьянящее, всеохватывающее эротическое описание страсти и одержимости, безграничного вожделения и любви от режиссера фильмов «Тайна реки Сучжоу», «Летний дворец», «Пурпурная бабочка».

Chun Feng Chen Zui De Ye Wan (Китайский)
Spring Fever (Английский)

Лоу Е

Цзэн Цзянь

Сильвиан Берштейн, Ан Ней

Фэн Мэй (по рассказам Юйя Дафу)

Цинь Хао, Чэнь Сычен, У Вей, Тань Чжо

Шанхай

«Золотая Пальмовая ветвь» за лучший сценарий, Канны, 2009

“Я черпал вдохновение в книге Юйя Дафу, писателя ”nobr">1920-х годов. Мой фильм не является экранизацией его книги, но в фильме двое любовников-гомосексуалов читают отрывок из нее после того, как занимались любовью. Я хотел выразить свое почтение к этому писателю и попытаться отразить настроение, которое он создал в книге. Он не описывает своих героев в терминах социального положения или политики: крестьянин, революционер, хороший парень, плохой парень. Вместо этого он отправляется в их внутренний мир, исследует глубоко личные их переживания. Юй Дафу использует литературный подход, связанный с историческим восстанием 4 мая 1919 года, в котором он принимал участие. Это движение среди всего прочего олицетворяло разрыв с традицией и привело к первым студенческим протестам на площади Тяньаньмэнь. Думаю, между моими двумя последними фильмами есть небольшая связь! Способность проникать во внутреннюю жизнь человека или, по меньшей мере, желание делать это исчезло после 1949 года, когда была основана Китайская народная республика. Мне кажется, вернуть эту способность будет трудно даже сегодня, поскольку Китай остается пленником собственного взгляда на вещи, возложенного на себя обязательства принадлежать к некому целому, предпочитать коллективное индивидуальному. И тем самым ограничивает себя, скрывая индивидуальность, отрицая ее желания, ее тайные побуждения…

Я хотел сразу же перенестись в реальную жизнь, поместить эту историю на уровень самых банальных событий повседневности. Я хотел рассказать не необычную историю любви, а простую историю повседневной любви. Мы начинаем без громких фраз, без слов, ничего не зная о внутренних мотивах, которые привели к желанию оказаться в чьих-то объятиях, к желанию плотской любви. Мы начинаем с реальности, без костюмов и грима, без увеличительных стекол".

«Рассказ о недозволенной любви, которая сама по себе противозаконна (Лоу пришлось снимать в тайне). Это интригующий фильм, шокирующий на эмоциональном уровне», — Guardian.

«Это сильный фильм, который захватывает в свой круг жизни тех, кто бесцельно прожигает свои жизни, и он подтверждает талант режиссера, как хроникера трагедий современной китайской молодежи», — Bangkokpost.

“Использовать цветок в качестве метафоры — для художника довольно рискованно, особенно если учесть то, что это сравнение довольно распространено. В «Весенней лихорадке» режиссер Лоу Е, при помощи замечательной работы оператора Цзэн Цзяня, умудряется внести терпкую ноту в цветочный аромат, почерпнутый из рассказов талантливого китайского писателя Юйя Дафу, жившего в 20-х годах прошлого века", — Хауард Файнстайн, Screen International.

“Этот фильм является значительным шагом вперед, ибо порождает напряжение за счет предельной интимной близости минимального числа персонажей, причем размещает их на достоверном социальном фоне”, — Мэгги Ли, The Hollywood Reporter.

“Лоу с помощью потрясающей операторской работы Цзэн Цзяня очень хорошо передает настроение неприкаянности и раздробленности общества в современном городском Китае. Захватывающий и беспорядочный в равной мере, этот фильм представляет собой кинописьмо будущему”, — Сухдев Сандху, Тelegraph.

«Весенняя лихорадка» Лоу Е вовсе не так плоха, как непонятная «Пурпурная бабочка» (2003), но она далеко не так хороша, как его «Тайна реки Сучжоу» (2002) – более интересная картина, посвященная тем же темам: самоидентификации, желанию, одиночеству", — Джейми Грэм, Total Film.

“Эдакая любовная игра в «кошки-мышки», наполненная потрясающей поэзией. Режиссер очень элегантно выхватывает моменты страсти на лицах и телах. Изображение приглушено. За неимением счастья, «Весенняя лихорадка переполнена жизнью. И публика рукоплещет”, — Шарль Фожрон.

“Похоже, что китайский режиссер, с одной стороны, следует кино Брильянте Мендосы, но не поддерживая светско-пролетарской литургии, свойственной филиппинскому режиссеру, который буквально питается трущобами; с другой стороны, он, напротив, пытается заманить в низменные пазолинивские практики, однако без полного понимания, прежде всего семантического, выбора такого жанра. Персонажи фильма вызывают в памяти также кино Гаса ван Сэнта, особенно во взаимоотношениях подпольного гомосексуального существования и «цивилизованного» общества, каким было «Молоко» (Milk)в версии «Серп и молот». Не помогает ни дыхание фильма, ни почти насильственная дидактика навязчивой литературности, которыми пестреет лента и которые составляют почти какофонический контрапункт образам, которые текут на экране. Так что, в конечном счете эта лента Лоу Е кажется дочерью ужаса и творческой тревоги, которые ввели автора в слишком явную сумятицу, которой уже невозможно было придать форму или ”nobr">как-то контролировать", — Лоренцо Леоне, CineClandestino.

“Стоит только позволить фильму проникнуть в нас, мы выходим из него с горьким вкусом собственного одиночества, но также и с уверенностью, что посмотрели маленькую жемчужину правды”, — Молан Фенгков, Plume Noire.

“Это поэтический показ любовных треугольников и четырехугольников, занимающихся любовью. Чувственное опьянение, эротический призыв, которому следуют персонажи. Лоу Е, одержимый сенсорным опытом, пренебрегает сценарием и необходимостью дать плотность своим персонажам, которые, в конечном счете, оставляют нас равнодушными и чья трагедия не трогает. А потому лихорадка Лоу Е поражает только наполовину”, — Алессия Стараче, Movieplayer.